Троцкий с трибуны съезда Советов

Троцкий с трибуны съезда Советов

Курс трудового права - Лушников А.М

Режим, установленный
после Октябрьской революции, отрицал не только права и свободы человека, но и
ценность формального пра­ва. Подлинный руководитель октябрьского переворота,
«демон рево­люции» Л.Д. Троцкий с трибуны III съезда Советов 10 января 1918 г.
так сказал о разгоне Учредительного собрания пятью днями ранее: «Мы нисколько
не скрываем, что нарушили формальное право. Мы не скрываем также и того факта,
что мы употребили насилие, но мы это сделали в целях борьбы против всякого
насилия, мы сделали это в борьбе за торжество величайших идеалов». По мнению Троцкого,
с которым соглашались многие большевики, эти «величайшие идеалы» могли быть
достигнуты только после свершения мировой революции. Россия при этом виделась
радикальным доктринерам только как «вя­занка хвороста в костре мировой
революции». Какая уж тут ценность формального права! Сама идея права была
постепенно заменена иде­ей политической целесообразности[27].
Что особенно печально, традици­онный российский правовой нигилизм наложился на
новое советское пренебрежение к праву, что дало огромный отрицательный
резонанс. Известный русский юрист и политический деятель В.А. Маклаков по этому
поводу отмечал: «.деспотизм вытравил из народной души по­нятие права, уважение
к праву; отсюда неудержимая страсть русского народа к поравниванию по низшему
уровню, ненависть ко всему то­му, что выше этого уровня, и радость от того, что
люди, чье право не признавали, могут его и сами не признавать у других»<>
style='mso-footnote-id:ftn28' href="#_ftn28" name="_ftnref28" title="">[28].

Постепенно революционное
игнорирование формального права сменилось его циничным попиранием со стороны
правящего поли­тического режима, а формальное закрепление основных демократи­ческих
прав и свобод, в том числе в Конституции СССР 1936 г., никак не было связано с
применением неограниченного государственного насилия. Период сталинизма
ознаменовался массовыми репрессия­ми, лишением граждан таких неотъемлемых прав,
как право на жизнь, личную неприкосновенность и др. Соответственно, и развитие
учения о социальных правах в советский период было основано на отрица­нии идей
индивидуализма, свободы. Доктринальным обоснованием трудовых прав в условиях
централизованного государственного регу­лирования стала юридико-позитивистская
теория прав человека, ко­гда социалистическое государство гарантирует рабочим и
служащим права, установленные законодательством. Развитие этих прав в совет­ский
период предопределяло патерналистское отношение государства к работнику,
концентрацию внимания только на формально-юриди­ческой стороне объективных и
субъективных прав. Не случайно до конца 80-х годов в договорном и локальном
порядке нельзя было не только ухудшить, но и улучшить положение работника по
сравнению с пре­дусмотренным трудовым законодательством. Уравнительность и оста­точный
принцип финансирования стали фирменными знаками совет­ской социальной сферы. И
это не случайно, так как условием полной «человеческой эмансипации» марксисты
считали преодоление инди­видуализма и утверждение принципа коллективизма,
общности. Со­ответственно, правовая регламентация трудовых прав осуществлялась
в централизованном нормативном порядке.